Коньяк "Ной"

  
— Вы знаете, что Ноев Ковчег найден? – так нетрадиционно началось после этого наше интервью. И это при том, что вопросы в этих случаях, как известно, задают журналисты.

— Какой ковчег? – опешила я.

— Тот самый, Ноев! У нас, в горах над Араратской долиной! «Вести» показывали, — радостно сообщил он,
— для нас, жителей Армении, в этом ничего удивительного нет, у нас издавна сорта винограда, растущие там, считаются аборигенными, так как именно здесь 5 тысяч лет назад посадил свою первую виноградную лозу, выйдя из ковчега, ветхозаветный Ной.

— И именно из этих сортов делаются ваши коньяки? — я попыталась взять инициативу в свои руки.

— Да, в этом и есть разгадка вкуса и аромата армянских коньяков, которые невозможно спутать ни с какими другими. Недаром армянский коньяк так любил Уинстон Черчилль. Впервые он попробовал выпущенный специально к Ялтинской прекращены, он ухитрялся как-то добывать их для себя. И потому, когда уже в старости у него спросили, в чем секрет его долголетия, не задумываясь, Черчилль ответил: «Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк». Хитрость состояла в том, что каждый глоток, отпитый из чашки, пополнялся коньякомконференции 50-градусный коньяк «Двин» в конце Второй мировой войны, и с тех пор оставался его неизменным приверженцем.

— Красивая история. И все же, почему вы называете сорта винограда, из которых делаются коньяки брэнда «Патриарх Ной», так странно — аборигенными?

— Этим сортам винограда — несколько тысяч лет. Я имею в виду Мсхали, Гаран Дмак и Воскеат. И представьте себе, за все это время их никогда не скрещивали! Никогда! Поэтому они до сих пор сохранили свой первозданный вкус. Надо отдать должное и уникальным природным качествам Араратской долины, подобной которой в мире нет. Она уникальна и по количеству солнечных дней, и по высоте над уровнем моря, и своим горным воздухом, и почвой. Она здесь каменистая, и потому виноград впитывает солнечные лучи круглые сутки – сначала из воздуха, потом – из камня. Именно поэтому ни в какой армянский коньяк никогда не добавляют сахар либо какие-то другие ингредиенты. Все, что есть в коньяках «Патриарх Ной» — от Бога.

— И, тем не менее, продукция Егвардского винно-коньячного завода считается сейчас на российском коньячном рынке новинкой. Почему?
— Дело в том, что в советские времена, как известно, времена плановой экономики, когда приходилось заниматься тем, что разрешалось, мы создавали и поставляли знаменитому Ереванскому коньячному заводу коньячные спирты. Там их купажировали и создавали свои знаменитые марки. Когда Ереванский коньячный завод перешел во владение французов, мы решили сохранить суверенитет. И, хотя коллективу завода пришлось несладко эти 10 лет, ни один литр нашего знаменитого коньячного спирта не был продан. Технологи завода сохранили свой «золотой запас» и создали на его основе коньячные брэнды «Благословение Ноя с Арарата» (от 3 до 7 лет выдержки), «Араи» (10 лет) , «Урарту» (15 лет) и «Патриарх Ной» (20 и 30 лет). Кстати, недавно в московском ресторане Arts Palace состоялась дегустация армянских коньяков. В категории коньяков 20-летней давности победил «Патриарх Ной».

— Наверное, нужно очень любить свое дело, чтобы поставить его выше благосостояния своей семьи и даже детей?

— Виноделие – это не профессия, это философия жизни, предназначение, божий дар, такое же творчество, как, скажем, у художника. Здесь дети входят в профессию с 3-4 лет. Очень трудно передать мастерство коньячного купажирования на лекции. Тайны виноделия, тайны производства выдержанных армянских коньяков передаются из поколения в поколение, и именно поэтому неизменны. Так что наши дети так же, как и мы, болеют виноделием, и готовы пойти ради своего искусства даже на лишения. Тем более, что самоотверженность всегда бывает вознаграждена.

— Вы на российском рынке всего около года. Довольны ли результатами?

— В принципе, да. Маркетологи давно подметили, что любому спиртному напитку требуется 2-3 года для того, чтобы войти в рынок. И это при условии бюджетной подпитки, грамотной рекламной политики и прочее. Ничего этого у нас, понятно, не было, и в первую очередь, маркетингового бюджета. Было только высокое качество продукта и огромный энтузиазм. И все же за этот год мы вышли по объемам продаж на 3-е место. Мы изначально снизили цены на наш продукт, чтобы каждый человек, который еще сохранил ностальгическую память о настоящем армянском коньяке, мог его попробовать. И это сработало.
Наши коньяки никогда не покупают один раз, а, главное, как раз и начинается со второй и третьей покупки.

— Наверное, у Вас есть этому какое-нибудь особое объяснение, какая-нибудь красивая история?

— Хотите историю – будет история. В 1953 году советские корабли военно-морского флота во главе с крейсером «Орджоникидзе» вошли в английский порт Портсмут – надо было пополнить запасы провианта и воды. Советский МИД обратился к МИДу Англии с просьбой разрешить морякам сойти на берег. Ответом был отказ — как-никак холодная война в самом разгаре. Адмирал флота напрямую обратился к мэру города, но и тот был непреклонен. «Ну, тогда вы приходите к нам в гости», — сказал адмирал, и высшие офицеры ВМФ Англии вместе с мэром Портсмута приехали, чтобы совершить обход кораблей. Наши моряки предложили англичанам отобедать. Отказ. «Тогда, быть может, чай?». От чая англичане не смогли отказаться. И тогда адмирал решил схитрить, и спросил, пробовали ли они когда-нибудь чай по-адмиральски? Конечно, они не пробовали. Хитрость состояла в том, что каждый глоток, отпитый из чашки, пополнялся коньяком, и вскорости в чашках у гостей не осталось ничего другого, кроме чистейшего армянского коньяка. Чаепитие длилось долго, и мэра города после него пришлось спускать на берег в «люльке», а британские газеты на следующий день написали, что советский «адмиральский чай» помог русским и англичанам забыть о холодной войне.

— Спасибо за чудесную историю и за прекрасный коньяк. Насколько я знаю, «Коллекция вин» — единственная сеть бутиков, которую компания «Арени» удостоила чести представлять ваши 30-летние коньяки?

— Да, мы производим 30-летнего «Патриарха Ноя» — всего 300 бутылок в месяц, и больше не продаем. Но когда «Коллекции вин», с которой нас связывают давние и добрые отношения, попросила у нас именно этот коньяк, отказать мы не смогли. Тем более, что в «Коллекции вин» представлено все лучшее, что производят виноделы мира. Но даже в такой компании за нашу продукцию нам не стыдно.

— Куда же, в таком случае, вы поставляете свои самые старые, выдержанные, коньяки?

— Представьте себе, они успешно продаются в США, Израиле, Англии. Даже в Лас-Вегасе есть наш коньяк «Урарту» 20- и 30-летней выдержки, правда, неузнаваемый на вид — в шикарных хрустальных бутылках, использовать которые мы не имеем права, поскольку патент на них принадлежит одному американскому бизнесмену. Бутылки – это вообще наша проблема, мы пока что не можем позволить себе формы, достойной содержания. Единственное, что мы сделали — это изменили цвет наших бутылок.
Они светлого стекла, сквозь которое хорошо видна высококачественная структура коньяка, его чистый, теплый, солнечный цвет, и главное отсутствие осадка.

— Осадка?

— А как вы думаете, почему коньячные бутылки большие производящие компании традиционно делают темно-зеленого цвета? Просто при массовом производстве коньяков очень трудно уследить за всеми деталями технологической цепочки, результатом чего и бывает своеобразный осадок, скапливающийся на дне бутылки. Мы маленькая компания, наш последний оплот – наше качество, мы не можем себе позволить ни темных бутылок, ни причин, по которым они — темные.

Источник: Журнал «КОЛЛЕКЦИЯ ВИН» 1 ‘2004 

Другие новости по теме: